ВНИМАНИЕ! Из-за введенных ограничений в работе организаций возможны изменения. Перед покупкой билетов и посещением проверяйте актуальную информацию на официальных сайтах организаций и мероприятий!

null Ушел из жизни н. а. России Ефим Каменецкий


Ушел из жизни н. а. России Ефим Каменецкий
3 мая 2021

В ночь с 2 на 3 мая скончался народный артист России, актер Театра им. В. Ф. Комиссаржевской Ефим Каменецкий. Судьба совсем не баловала его: жизнь Каменецкого – это пример мужества, стойкости, интеллигентности, большого таланта, а еще – бесконечной доброты к миру, к окружающим людям.  

Дитя войны, Фима Каменецкий родился в маленьком городке Новозыбкове на Брянщине, во время войны их семью эвакуировали в Суру Пензенской области, где мальчик пошел в первый класс и начал писать стихи. В 1949 году семья оказалась в Пензе, и там Ефим Каменецкий поступил в педагогический университет, параллельно учился в студии при областном театре, а потом участвовал и в спектаклях. Так началась его актерская карьера, но любовь к литературе, к языку не оставляла его никогда. Он с особым пиететом относился к авторскому тексту, великолепно писал инсценировки и мог часами читать наизусть стихи.

Неожиданно для себя он получил приглашение сначала в Казанский театр юного зрителя, потом в Театр им.Качалова. Позже, уже с женой, переехал в Ригу, где на съемках Каменецкого увидел Игорь Петрович Владимиров и пригласил в ленинградский театр им.Ленсовета. Дебютом актера в Ленинграде стала роль Порфирия Петровича в «Преступлении и наказании». Об этой работе до сих пор вспоминают театралы и ведущие критики. 

Его «ленсоветовский» период совпал со взлетом ленинградского телевидения. Там ему посчастливилось партнерничать с  Натальей Теняковой, Павлом Панковым, Владимиром Особиком, Юрием Каморным, Олегом Далем, Ефимом Копеляном, Олегом Борисовым, Владиславом Стржельчиком... Телевидение тогда – это место «сбора» лучших актеров, и телеспектакли – особая эпоха в жизни Ленинграда.

В спектаклях Игоря Владимирова в Театре им.Ленсовета Ефим Каменецкий был партнером Алисы Фрейндлих, Леонида Дьячкова, Анатолия Равиковича, Михаила Боярского и других прекрасных артистов. Уже с дебютной ролью Порфирия Петровича в «Преступлении и наказании» по роману Ф. Достоевского пришла к актеру известность: в спектаклях и телеспектаклях «Люди и страсти», «Человек со стороны», «Дульсинея Тобосская», «Вишневый сад», «Укрощение строптивой», «Ковалева из провинции», «Кавказский меловой круг», «Равняется четырем Франциям».

Но в какой-то момент Ефим Каменецкий понял, что нужно уходить, один сезон проработал в МДТ у Льва Додина, а потом по приглашению Рубена Агамирзяна пришел в Театр им. В. Ф. Комиссаржевской. Всего три года удалось ему поработать с Агамирзяном, но в памяти людей остались незабываемые роли в «Колыме», «Робеспьере», «Полоумном Журдене», спектаклях «Смерть Иоанна Грозного» и «Дневник Анны Франк».

Высоко оценила критика роль Ягужинского  в «Шуте Балакиреве» Г. Горина, роль слуги и костюмера английского актера Кина из одноименной пьесы Г. Горина. Рисунок этой роли был столь богат внутренними психологическими нюансами и открытиями, что после премьеры «Кина IV» автор пьесы Григорий Горин сказал артисту: «Спасибо. Извините только, что я ничего этого не написал».

В Театре им. В. Ф. Комиссаржевской Ефим Каменецкий проработал 34 года. И каждая работа становилась неожиданной яркой вспышкой – будь то Веня из спектакля «Бесконечный апрель», специально поставленный «на Каменецкого», или Учитель из детского спектакля «Двенадцать месяцев», Труба в последней работе актера «В осколках собственного счастья» или Слуга просцениума в «Мизантропе»… Тем, кто хотя бы раз видел спектакль «Прикинь, что ты – Бог», никогда не забыть слепого Ветерана в маленьком эпизоде… На таких больших актерах понимаешь, что да, действительно, нет маленьких ролей….

Многие помнят его по фильмам разных лет  «Проводы белых ночей», «Строгая мужская жизнь», «Бабушкин внук», «Жизнь и приключения четырех друзей», «Деревенская история», «Чародейная ночь», «Он приехал в день поминовения», «Объяснение в любви»,  «Жена», «След на земле», «Бабушкин внук», «Подъезд с атлантами», «Томас Беккет», «Столыпин. Невыученные уроки», «Питерские каникулы», «Петр Первый. Завещание», «Счастливчик Пашка», «Личные обстоятельства». Ему довелось преподавать в Казани и в Санкт-Петербургской театральной академии. Со своими учениками он выходил на родную сцену Комиссаржевки и на сцену театра «За Черной речкой».   

«Ефим Каменецкий – большой актер. Таких мало. От его работ остается длительное послевкусие, продолжает звучать благородная нота душевной неуспокоенности живой мысли. В спектакле театра Ленсовета «Последний отец» по пьесе И.Дворецкого от его героя было невозможно оторваться – зал от мала до велика был им словно усыновлен. А его работа в знаменитых «Людях и страстях»? Сложный сплав: ужас перед сынишкой – готовым доносчиком, брезгливость нормального человека, и ирония артиста, играющего Брехта. Это то, что остается жить в памяти, составляет реальную историю театра,  так же, как его филигранная работа в «Преступлении и наказании», где ёрничество Порфирия Петровича отдавало горечью…. Значителен Ефим Каменецкий и позже, в театре им. В. Ф. Комиссаржевской. В «Андорре» М. Фриша, «Колыме» И. Дворецкого,  «Днях Турбиных» и «Чичикове» М. Булгакова… Его появление на сцене всегда задает высокую планку профессионализма» (Театральный критик, профессор СПбГАТИ Надежда Таршис)

Последние роли актера заставили вновь говорить о Ефиме Каменецком взахлеб. Это Веня в спектакле «Бесконечный апрель»  мальчик из дворянской семьи, проживший вместе со свой страной весь XX век.  За эту роль актер был удостоен Высшей театральной премии Санкт-Петербурга «Золотой софит» (сезон 2015-2016 гг.) в номинации «Лучшая мужская роль» и Призом общества «Театрал»-2015. Спектакль этот стал для всех для нас подарком: артист восстанавливался после тяжелой болезни, и вместе с режиссером Иваном Латышевым они сотворили настоящее театральное чудо.

«Эти откровения героя Ефима Каменецкого на грани двух миров демонстрируют и еще одно редчайшее качество актера: чувство меры и вкуса, способность пройти по тонкой эмоциональной линии, нигде не оступившись ни в спасительную мелодраму, ни в нарочитую театральность. И именно поэтому ценность таких откровений – откровений старика, встретившегося у последней черты с собой-ребенком – приравнивается к ценности пророчества…» (Ж. Зарецкая. Нежная магия//  Фонтанка.ру)

«Собственно, это и делает актера выдающимся, личностью, эпохой. Когда с первой секунды происходит погружение, когда существование «от» и «до» забирает, несмотря на обстоятельства, здоровье, возраст. Когда внутри одной истории всегда существует еще и внутренняя история  актерская, личная, и она наполняет, надстраивает (…) таким образом, что ты считываешь его судьбу — того человека, который стоит на сцене…(…). Эта встреча, мне кажется, и состоялась в спектакле «Бесконечный апрель», где народный артист России Ефим Каменецкий проводит полтора часа на сцене, проходя по лабиринту времен, ведя свою очень точно сыгранную тему.» (Е. Строгалева. Петербургский театральный журнал).

«Безграничную любовь, это поле, оберегающее человека от рождения до смерти, оказывается, можно сыграть на сцене» (Е. Омецинская.  Невское время)

Кажется, он мог все – и маленькую роль Слуги просцениума в спектакле «Мизантроп» сделать значимой и яркой, не добавляя никаких специфических актерских ужимок и заигрываний с публикой, существуя «роскошным образом» и произнося «свой текст со значительностью неимоверной, как бы между прочим доводя комедию до изящного гротеска» (М. Кингисепп / Инфоскоп).

А в спектакле «В соколках собственного счастья» по произведениям М. Жванецкого вместе с партнером Г.Корольчуком он отразил поколение советских людей, которые состарились  стремительнее, чем изменилась жизнь.

«Прекрасен дуэт двух духовых  Трубы и Тромбона: Ефим Каменецкий и Георгий Корольчук упоительно вытанцовывают комически-патетическое танго (режиссер по пластике Сергей Грицай), соревнуясь в умении быть изящно и ненавязчиво шутливыми. Персонаж Труба  романтичен и возвышен, а его самоирония в исполнении Каменецкого неподражаема (Е. Тропп. Не о прошлом, а о настоящем// Петербургский театральный журнал, 11 января 2017).

«Ефим Каменецкий («Труба») привнес в спектакль какую-то щемящую трогательность. Словно перенес – очень бережно и осторожно – из спектакля «Бесконечный апрель», за главную роль в котором народный артист России стал лауреатом «Золотого софита. Первый же монолог Каменецкого – «С вами этого не бывает?» – вызывал в зале взрывы хохота. Монологи по большей части грустные, а публика смеется. Под давлением снаружи юмор рождается внутри. (В. Тумко. Монологи о счастье // Санкт-Петербургский курьер, 9 марта 2017).

В ПАМЯТЬ….

из отзывов коллег  к июльскому юбилею в 2020 г. (на 85-летие)

Ефим Каменецкий для меня – это такое человеческое чудо. Меня его судьба волновала всегда, и то, как он упорно справляется с трудностями, как умеет их преодолевать. 

Я шла на спектакль «Бесконечный апрель» с тревогой и ожиданием, волновалась ужасно, зная проблемы Ефима Александровича, из-за которых люди иногда опускают руки, уходят из профессии. Первое слово, которое он сказал в спектакле – МАМА…  и все, что есть во мне из детства, любви  - всё всколыхнулось нежностью невероятной,  и я  смотрела на одном вздохе.  А дальше пошел набор состояний личных, и от его глаз лучистых, пронизывающих, как иллюминаторы, было не оторваться... аслуженная артистка России Валентина Панина)

В своей жизни я не встречал таких скромных людей, таких тружеников, которым ничего не надо – только работать в театре, играть роли, любить своих близких, отдаваться полностью тому делу, как это ни громко, которому ты служишь – а он действительно подлинно служит театру. Ему совсем не надо этих наград, привилегий,  различного рода «отметин»   и это не кокетство и не поза: это такое внутреннее состояние, которое характеризует подлинность человека. Что бы Фима не играл: будь то «Кин IV», «Шут Балакирев» Г. Горина, «Недалеко от Бога» Г.Слуцки,  «Дни Турбиных» М. Булгакова, или роли в «царских» спектаклях А.Толстого («Царь Федор Иоаннович», «Смерть Иоанна Грозного», «Царь Борис»), или «Идиот» Достоевского - он всегда прекрасен и всегда точен… А одна из последних его работ  в «Бесконечном апреле»  это великолепное соединение таланта и мастерства, души человеческой и мудрости опыта… (художественный руководитель театра им. В. Ф. Комиссаржевской Виктор Новиков)

Какое и для кого имеет значение, что я сейчас напишу (скажу, сыграю) о необыкновенном, удивительном (для тех, кто еще может удивляться) человеке - Ефиме (в просторечии Фиме) Александровиче Каменецком? Слова, как языки пламени ночного костра, пропадут в черноте бесконечности.

Скрипка Страдивари поражает человечество многие столетия, и никто не удивляется этому многолетию. Красота слова, энергия дела, прозрачность правды поражает всех в минуты отрешенности от сует бытия. Всё это несет в себе молодой человек с тихим голосом, который слышен всем. Бог одарил талантом раба своего Ефима, и раб Его Ефим несет Ему благодарность сторицею своими верными и нежными движениями мастера-лицедея, мастера, умеющего делать лица, поражающие и зрителей, и коллег неброской красотой верховного подобия. С праздником, Фима!

Твой Георгий Чук (народный артист России Георгий Корольчук):

Мы познакомились в Риге в 1969 году, когда Фима со своей женой Галей приехал работать в Рижский театр драмы.  Вот тогда Фима сыграл там несколько значимых ролей. Среди них был Монахов из «Варваров» М.Горького – он играл эту роль очень глубоко и серьезно. Чувствовалось, что за этим человеком большая тайна и большая жизнь. Потом его пригласил Игорь Владимиров в Театр им.Ленсовета, и он уехал в Ленинград. Мы немного потеряли его из виду. Хотя, когда приезжали в Ленинград, то приходили в гости – они с Галей жили на улице Марата (мы, помню, приходили смотреть на их маленькую дочку). С Фимой всегда было просто. Искренне и естественно.

Через несколько лет и я попал в Ленинград, и встретились мы снова в Театре им. В. Ф. Комиссаржевской. С ним на сцене – очень хорошо: спокойно и гармонично.  Он замечательный партнер - очень вдумчивый и собранный. И, как мне кажется, на сцене он решительнее, увереннее, чем в жизни. Он умный актер и очень человечный.

Он больше других видит и больше знает. Как сам он говорит, что все лучшие качества в актерской профессии у него – от хорошей школы, но я думаю, как талантливый и умный человек, он обладает способностью отбирать нужное.  ародный артист России Борис Соколов)

Ефим Александрович потрясал и потрясает меня тем, как он ценит и любит поэзию в драматическом театре.  Он умеет слушать и слышать время. Часто, когда мы встречаемся и, перебивая друг друга, цитируем Бродского,  - оба получаем от этого огромное удовольствие. Он любит, знает стихи, поэтов, и может процитировать что-то особо подходящее на каждый случай.

Ефим Каменецкий умеет дружить, умеет любить и ценить то, что преподносит ему жизнь…  Он прекрасный человек, замечательный артист. Горжусь тем, что дружим и рад тому, что мы – современники. (директор театра им. В. Ф. Комиссаржевской Вадим Зайцев)

Послесловие – признание в любви от известного петербургского критика, издателя, автора многочисленных книг о ленинградском-петербургском театре Елены Алексеевой:

Когда думаю о Вас, то не могу не порадоваться. Вы даже не догадываетесь, сколь много значите в жизни Петербурга. Древо интеллигентности из-за трудных  политических и климатических условий в северной столице почти засохло (если вспоминать про петровский дуб на Крестовском острове, то станет понятно, каково здесь «зеленеть»). Если бы не Вы, совсем бы иссякли лучшие порывы, образцы, традиции. Дело даже не в том, чтобы снимать шляпу, ступая на сцену. Этот жест лишь визуально подчеркивает отношение к профессии, к своему делу, к миссии. Здесь пленяет отсутствие позы, пустословия и равнодушия.

Актерским дарованием, слава Богу, не исчерпались дары природы, которая наградила Вас еще умом и сердцем, интересом к людям и творческой щедростью. Вы и нас, Ваших друзей и зрителей, просвещаете и втягиваете в круг своих мыслей. Только что заставили пережить драму Венечки из «Бесконечного апреля» – питерского Гамлета, всю жизнь хранимого стихами и детской любовью… До этого разбередили душу Фейербахом – актером, который мог бы, как святой Франциск, заворожить не только птиц, но и людей. Вот бы Вам снова его сыграть! Мне кажется, что теперь, с тем опытом, который с годами, обретениями и утратами, Вас питает, Вы еще глубже его понимаете и что-то нам явно недорассказали о нем и о себе…

Спасибо Вам за все! Даже за то, что проезжая мимо Окуловки, вспоминаю именно Вас. И при упоминании Новозыбкова, Пензы, Казани, Риги – тоже прежде всего о Вас думаю.

Если когда-нибудь попаду на необитаемый остров, знаю, что возьму с собой – аудиокнигу «Война и мир». Потому что дома смогла послушать только урывками, а хочется – с начала до конца. Предвкушаю удовольствие. Ваша Лена Алексеева

ЕФИМ КАМЕНЕЦКИЙ – О ВОЙНЕ... (материал 2015 года)

Актер театра им. В. Ф. Комиссаржевской, народный артист России Ефим Каменецкий:

_Каменецкий

Я начну с тривиальности, с клише – да, я действительно дитя войны. Но вот о чем я думаю: люди моего возраста, вспоминая о войне, часто рассказывают одни и те же эпизоды. – «Представляете, мы стоим в поле, над нами летит немецкий летчик, и мы видим, как он смеется», например. Вот какая штука – я это слышу, и мне кажется, что я был там, рядом с ними. Я ведь отчетливо помню – в какой-то деревне над нами пролетел немецкий летчик, я поднял голову и увидел улыбающуюся рожу. Другие рассказывают о пленных фашистах, и тоже все сходится – мы с ребятами иногда бегали на железнодорожную станцию посмотреть на пленных немцев, которых везли в товарных вагонах. Увы, сейчас мне немного стыдно – мы не бросали им хлеб, а бросали то, что под руку попадется – камни, снежки. Так мы тогда видели торжество победителя.

Я приближался к своему шестилетию, когда началась война. Мы жили в небольшом городке на Брянщине, в деревянном доме. Сижу я с удочкой на берегу пруда, пытаюсь поймать карасика, и в этот момент я впервые услышал психологически убивающий свист бомбы. Я тут же срываюсь, прибегаю домой и слышу из радиотарелки: «Внимание! Внимание! Воздушная тревога!» Помню, что я залез под стол, хотя во дворе уже было выкопано бомбоубежище. Ночью бабушка отнесла меня туда, и кроме нас там еще кто-то был. Сейчас я не знаю, сколько здесь фантазии, а сколько истинной памяти, но я отчетливо все помню. Это случилось накануне эвакуации и стало для меня началом войны. И война была со мной до самого своего конца.

На исходе этой ночи мы погрузились в телегу. Поскольку мама моя была депутатом горсовета, ей дали лошадь, чтобы мы скорее уехали. Это было летом, по-моему, в августе. Для меня слово «эвакуация» означает болезненную перемену жизни, а слово «беженцы» – что-то жалкое. Взрослые шли пешком, а я прекрасно помню, как сидел на передке телеги и видел перед собой без конца размахивающий хвост (иногда он меня задевал) и лошадиные ноги, которые при каждом шаге демонстрировали широкие мышцы. Помню аромат сушеной травы и незабываемый запах парного молока. Вместе с нами, несчастными беженцами, шли стада несчастных коров с переполненными выменами  некому было за ними следить, некому доить. Молоко стекало по их ногам и ручейками разливалось по земле, как молочные реки из сказок. Не дай Бог еще раз их увидеть… Но запах этот я запомнил на всю жизнь, сейчас молоко так не пахнет.

Так мы ехали долго-долго, до начала осени. Иногда делали остановки, а случалось, что военные тормозили нас и говорили: «Туда нельзя, идет бой, поворачивайте обратно». У меня сохранился нечеткий образ: опушка леса, ночь, бегающие прожектора, я сижу в той же телеге и думаю: «Сейчас меня убьют. Но когда убьют, я же не почувствую?» Вот такое ощущение войны. В Ельце путешествие на лошади кончилось, и мы пересели в поезд. Вот где начался кошмар, вот где ад – в переполненном вагоне товарняка, где пахло мочой и всех съедали вши. И так до начала зимы.

Нас высадили на небольшой станции Сура в Пензенской области. Через речку мы переезжали на санях по первому льду, подумали – вот сейчас провалимся, и все на этом. Первое, что случилось в деревне, – мы похоронили бабушку. Это так соразмерно с войной.

Я не смогу забыть доброты простых людей. Меня посадили греть ноги около печки, и женщина внесла в комнату огромный чугун, из него шел пар. На большой деревянный стол она вывалила гору картошки. Никогда я не забуду запах рассыпчатой картошки в мундире! Это тоже война.

Отца трижды брали в армию, возвращали, и, в конце концов, перевели на лесоперевалочную базу, и я там жил в бараке. В Суре я поступил первый класс, начал писать стихи – про войну, про Сталина. Про партизан писал: «Когда заснули немцы беззаботно, народный мститель вышел на дозор». Мальчишкой я мечтал ощутить запах пороха, попартизанить «по-настоящему».

Школа располагалась в бывшей церкви. Атмосфера в ней была замечательная, и учителей я забыть не могу. Учитель литературы Евгений Григорьевич Белугин летчиком был. Прежде чем сесть за учительский стол, он щёлкал протезом, чтоб тот согнулся, только тогда садился. Обожаемый был мною человек, умница, только пьяница. Раньше он читал лекции от горкома партии, а с войны вернулся с протезом и алкоголизм. Это тоже война.

На нашей станции часто появлялись новые люди. Забыть не могу двух друзей – один без рук, другой без ног, но они хотели выпивать: тот, что без рук ходил за водкой, а тот, что с руками – ее наливал. Это тоже война.

Я видел каторжный труд женщин на лесоперевалочных базах. В девять лет я заработал свои первые деньги: мне дали ведро с мазутом и тряпку на палке, я чистил эскалатор, который поднимал бревна из реки. Поначалу весь был в мазуте. Потом подрос, и меня «повысили», стал вести учет – сколько кубометров леса было вытащено из реки. Мужик мне кричал: «30 сантиметров», я и писал на бревне «30». Это тоже война.

Перед подъемом на эскалаторе, чтоб не расплывался, лес собирали в большой кошель – заводь, составленную из двух брквен. У нас, пацанов, было такое развлечение: мы выбирали шпалу, ложились на нек и плыли вниз по течению. Но железнодорожный мост через реку охранялся специальным гарнизоном, под него плыть нельзя – убьют. Не доплывая метров тридцать, мы поворачивали к берегу. Это тоже война.

Река Сура – это приток Волги, спасительница душевная и физическая. Как только сходил лёд, и пойма чуть подсыхала, там появлялись дикий лук, чеснок, борщквка, щавель. Мы туда кое-как пробирались и ели траву. Я уж не говорю о том, что мы ловили рыбу, ныряли за ракушками и поджаривали их на костре без соли, ек тогда не было. Еще ели что-то картофельное, перемешанное с лебедой. Это тоже война.

Вот идет женщина, опухшая от голода, ощущение, что ткнешь ее пальцем, и вода польется. Это тоже война.

Помню, как в День Победы взрослые пошли на станцию пить пиво. Мне было десять лет, и тогда я впервые попробовал пиво вместе со всеми, а мама сшила для меня зеленый тканевый пиджачок. В Суре мы жили до 1949 года. Отца перевели в Пензу, и в восьмой класс я пошел уже в областном городе.

Лет десять назад я поехал на гастроли в Самару с БДТ. И вдруг мне приходит в голову: мы же Суру будем проезжать! Я стал смотреть в окно, давно я так не волновался. Доехали до Симбухово, маленькой станции, гляжу – будка, как стояла, так и стоит! Едем дальше  где я жил, теперь высокий берег, а река закрыта купами деревьев. Там, где раньше была станция, стоит новый вокзал – будто нарисованный, игрушечный, маленький, как эта комната.

Не знаю от чего, но именно в Суре я стал мечтать об актерстве. Что такое театр я не знал, не видел ничего, кроме заезжих эстрадных бригад. Театр, о котором тогда мечтал, я впервые увидел в Пензе. Сейчас я понимаю, что это старое здание было больше похоже на огромную баню, но тогда я ходил вокруг него и ждал – вдруг сейчас выйдет какой-нибудь артист, я увижу живого артиста! Когда начался театр, для меня кончилась война.

 

Парад Победы на Дворцовой площади (09.05.2021)

Концерт «Колокола победы» в БКЗ «Октябрьский» (08.05.2021)

Концертная программа «#Петербург 317» (27.05.2020)

Концерт «Песня летит над Невой» в БКЗ «Октябрьский» (30.05.2020)

Праздничная новогодняя программа «Карнавальная ночь у Певческого моста» (31.12.2020)

Ледовый спектакль «Снежная королева» (27.12.2020 - 10.01.2021)