Загружается...

Логотип Культура Петербурга

О судьбе книжной иллюстрации для детей: интервью с Евгенией Чарушиной-Капустиной

22 марта 2021
О судьбе книжной иллюстрации для детей: интервью с Евгенией Чарушиной-Капустиной

С 3 марта по 23 апреля в Детской библиотеке истории и культуры Петербурга проходит выставка «Евгений Иванович Чарушин. 120 лет со дня рождения», посвященная советскому графику, скульптору и писателю.

Юбилей Евгения Ивановича приходится на 11 ноября, а пока мы побеседовали с его правнучкой,  художницей Евгенией Чарушиной-Капустиной.

Евгения Чарушина-Капустина


- Евгения, вы член династии художников Чарушиных. С одной стороны, быть продолжателем семейного дела весьма почётно, с другой это высокая ответственность, а порой и давление. Как вы чувствуете себя в этой ситуации?

- Разумеется, сохраняя и продолжая семейные традиции, я чувствую большую ответственность за каждый шаг в своей творческой жизни. В работе я всегда стараюсь ставить перед собой сложные задачи, чтобы не расслабляться и с каждым новым произведением повышать уровень профессионализма.

Ни о каком давлении речь не идёт. Наоборот — мне радостно осознавать, что я родилась в такой семье, что меня с детства окружала творческая атмосфера и удивительные люди. За спиной — мощная поддержка предыдущих поколений. Осознание этого факта помогает быть вне антихудожественных тенденций в искусстве, сохранять свой изобразительный язык в графике и живописи.

- Когда пришло время выбирать высшее образование, вы уже ясно понимали, что хотите посвятить себя именно книжной иллюстрации? Возникал ли интерес к другим профессиям?

- Сколько себя помню, всегда хотела стать художником. И это было вполне естественно, поскольку меня всегда окружали люди, чьё искусство, твёрдые и однозначные позиции являлись для меня примерами.

Выбор основного направления в творческой работе сформировался уже в сознательном возрасте. Я понимала, что быть одним лишь художником книги невозможно. Поэтому в свободное время работаю в разных техниках — акварель, темпера, сухая пастель. Пишу пейзажи и натюрморты с натуры. Это здорово помогает и в работе над иллюстрациями.

Не так давно я начала писать рассказы о природе, создавая авторские книги, где выступаю в качестве писателя и художника. Это помогает расширять границы моей творческой работы.

Не могу сказать, что многому научилась в Институте имени Репина. Удачей стала возможность получить знания в области гуманитарных наук и истории искусства, а также изучить печатные графические техники. Историю книжной графики и искусство книги я изучала в семье, своими силами. Институт этих знаний дать не мог, он просто стал своеобразной «школой жизни», пройти которую было необходимо.

- Евгения, один из ваших предков известный художник Евгений Иванович Чарушин. Вас назвали в его честь?

- Да, меня назвали в честь прадедушки, и это, конечно, — одно из проявлений преемственности поколений.

Евгений Иванович Чарушин (1901-1965 гг.), фотография 1950-х гг.

- Евгений Иванович был мастером анималистической иллюстрации. Из под его пера вышли книги, известные многим с детства — «Мурзук» (1927), «Упрямый котёнок» (1947), «Большие и маленькие» (1951). Наверное, именно они стали вашими первыми книгами для чтения?

- Конечно! В моей детской библиотеке было много авторских книг Евгения Чарушина и книг других писателей с его иллюстрациями: Бианки, Сладкова, Пришвина, Маршака, Чуковского. Словом, вся та классика детской литературы, которая необходима для воспитания полноценного, разносторонне развитого человека. Кроме иллюстраций Евгения Ивановича и Никиты Евгеньевича в таких книгах были рисунки Владимира Конашевича, Валентина Курдова, Юрия Васнецова, Владимира Лебедева, Мая Митурича — великолепных художников, лучших представителей нашей русской «школы» книжной графики.

- Как на художницу на вас сильнее повлияли иллюстрации Евгения Ивановича Чарушина или вашего дедушки, Никиты Евгеньевича? Ведь именно он давал вам первые уроки живописи. Или, может быть, главную роль сыграли родители?

- Я думаю, что все представители династии в равной степени повлияли на формирование моего изобразительного языка. Но при этом я никогда не стремилась копировать или быть похожей на них. К копированию (если речь не об учебном процессе) и срисовыванию вообще отношусь крайне негативно.

Я чётко обозначила для себя цель — продолжение сложившихся семейных традиций в искусстве книги и продолжение традиций ленинградской книжной графики. Разумеется, я часто пересматриваю работы прадеда, дедушки, мамы и других художников, чьи позиции мне близки. Интересны их композиционные и цветовые решения иллюстраций, общий ритм рисунков в книгах.

Чтобы создавать своё в искусстве, надо хорошо знать историю, традиции, не пытаться быть похожим на кого-то, а стараться сформировать собственный узнаваемый стиль.

- В 2016 году вышло премьерное издание книги Евгения Ивановича Чарушина «Как лошадка зверей катала», в которой он выступил в роли писателя. Вы работали над макетом обложки и иллюстрациями. Какой подход вы предпочли в работе над книгой — выполнить иллюстрации в духе автора или подчеркнуть свою творческую самостоятельность?

- Книга вышла к 115-летию со дня рождения Евгения Ивановича. Для меня это был первый опыт работы с текстом прадеда.

Естественно, я не пыталась рисовать «в духе» иллюстраций Евгения Чарушина. Нельзя, да и не нужно рисовать «под кого-то». Передо мной стояли задачи: создать новую книгу, подарить рассказу жизнь в самостоятельном, полноценном издании, преподнести читателям текст прадеда в несколько иной форме.

У художника (не только иллюстратора) обязательно должно быть своё «лицо». Поэтому, работая над разными книгами, я никогда не пытаюсь подстраивать свой изобразительный язык под то или иное издание. И не соглашаюсь на предложения издателей сделать иллюстрации в какой-нибудь определённой «серийной» стилистике.

От книги к книге стараюсь менять подход к композиции, к расположению рисунков относительно текста. И всегда стремлюсь к совершенству. Одну и ту же иллюстрацию могу переделывать несколько раз. Книга, вышедшая, к примеру, 3-4 года назад, сейчас меня уже совершенно не устраивает в изобразительном плане, хочется всё переделать. И это — показатель вполне естественного творческого роста.

Книги Евгения Ивановича Чарушина с иллюстрациями Евгении Чарушиной-Капустиной

- Есть ли в вашей семье какие-то традиции детской анималистической иллюстрации, которые передают из поколения в поколение? Или вас объединяет только любовь к природе, но в творчестве каждый предпочитает идти своим путём?

- Художник Май Митурич однажды назвал Евгения и Никиту Чарушиных «художниками-природниками». Анималист — довольно-таки сухое, энциклопедическое, узконаправленное определение. А вот «природник» — это уже не просто портретист мира зверей и птиц, а ещё и художник, способный запечатлеть состояния, широту и необъятность природы, её изменчивые образы. Такое определение, как мне кажется, точнее характеризует искусство Чарушиных.

Если говорить о традициях, то все поколения нашей семьи объединяют однозначные и неизменные принципы в работе над иллюстрациями.

У любого рисования должна быть цель. Необходимо понимать, для чего или для кого создаётся произведение.

У любого персонажа должен быть образ. Даже если этот персонаж — осенний лес или перелётная стая.

Необходимо с уважением относиться к пространству белого листа и будущей книги, избегать случайных, непродуманных деталей.

Чрезмерное, слишком навязчивое очеловечивание зверей и птиц, безвкусная «мультяшность» — это неприемлемая позиция в искусстве книги, говорящая о непрофессионализме автора.

Зверь или птица — это не бесформенный комочек шерсти или перьев. В природе у каждого существа есть своя анатомия. Чаще всего даже более сложная, чем у человека. Поэтому, прежде чем браться за изображение животного, необходимо внимательно изучить его скелет, формы, пропорции, а также повадки и среду обитания.

Цвета и фактуры в иллюстрациях должны быть подобраны гармонично, тонко, чтобы воспитывать художественный вкус читателя.

В остальном, в произведениях каждого из представителей династии есть свои особенности. Но все они объединены общими традициями. У Евгения Ивановича больше внимания уделено главному герою. В иллюстрациях Никиты Евгеньевича часто на первый план выступает живописный, многоплановый пейзаж. У Натальи Никитичны рисунки детализированы до мельчайших подробностей. Я же стараюсь уделять внимание и пейзажам, и умеренной детализации, и насыщенности цветов, но, разумеется, в пределах природной палитры.

- Какие еще произведения вы иллюстрировали?

- Мой первый опыт работы в книжной графике — иллюстрации к книге Олега Бундура «В гостях у белого медведя» (2015). Потом была уже упомянутая книга Евгения Чарушина «Как лошадка зверей катала» (2016), а недавно вышло премьерное издание к 120-летию Евгения Ивановича — «Удивительные приключения маленького охотника» (2020). Потом был сборник произведений Геннадия Снегирёва «Ночные колокольчики» (2019), две книги Виктора Бована — «Лесное ожерелье» (2018) и «Хрустальная полынь» (2020). Кроме того, две авторские книги — «Мартышкины джунгли» (2017) и «Тайны сентября» (2019). В том же 2019-м году было осуществлено дополненное переиздание книги «В гостях у белого медведя».

Книги с иллюстрациями Евгении Чарушиной-Капустиной

- Были ли у вас случаи, когда вы однозначно отказывались иллюстрировать какое-то произведение?

- Да, такие случаи бывают. И это совершенно естественное явление. Приходится отказываться от сотрудничества, когда предложенные тексты не вызывают интереса. Или же представители издательств начинают объяснять, как я «должна», по их мнению, рисовать. Довольно часто на этапе переговоров так и не удаётся прийти к компромиссным решениям.

- Как вы работаете над созданием образа животных в произведениях? Удавалось ли вам рисовать с натуры или, может быть, наоборот, приходилось рисовать зверя, которого вы живьём никогда не видели?

- Первым делом важно определить для себя характерные особенности персонажа. Нужно понять, как он двигается, как ведёт себя в тех или иных ситуациях. Конечно, изучить анатомию, строение мышц — от этого зависит, как топорщится шерсть животного или как расположены перья на крыле у птицы. Само собой, лучше всего понаблюдать за зверем в живой природе, в зоопарке или в заповеднике. Сделать несколько набросков, чтобы запечатлеть интересные ракурсы. Первое впечатление от увиденного зверя — всегда самое точное, самое верное. И важно сохранить свежесть этого самого впечатления при создании иллюстраций.

Многих зверей и птиц я часто рисовала с натуры, выделяя самые характерные черты, поэтому теперь уже запросто могу их изобразить «по памяти». Но когда речь идёт об изображении какого-то нового для меня персонажа, конечно, необходимо обращаться к натурному материалу.

Работая над авторской книгой «Мартышкины джунгли», мне приходилось рисовать животных, которые я никогда не видела вживую: окапи, антилопы бонго, красный буйвол. Довольно редкие обитатели африканских джунглей, которых не найти в наших зоопарках. Этот тот случай, когда в качестве справочного материала приходится использовать энциклопедии, фильмы, фотографии. Такими вспомогательными источниками информации тоже нужно уметь пользоваться — не слепо, по-дилетантски срисовывать, а проводить анализ, продумывать образ, переживать его, а затем уже переносить на бумагу.

- В чём вы черпаете вдохновение во время работы над книгой?

- Вдохновение — такое абстрактное понятие. На самом деле — работать либо хочется, либо нет. Нужно, чтобы настроение было хорошее и обстановка спокойная. И, конечно, порядок на рабочем столе, никакого стереотипного «творческого беспорядка» быть не должно! Всегда помогают взяться за работу новые впечатления, прогулки, путешествия, приятно проведённые выходные — словом, обычные человеческие радости!

- С вашей точки зрения, что художнику стоит учитывать при создании иллюстраций к детским книгам о животных?

- Обязательно нужно помнить о том, что ребёнок через книгу о природе познаёт окружающий мир. Поэтому информация в такой книге должна быть достоверной.

Лось, к примеру, должен быть парнокопытным, как и полагается. Потому что, если бы он имел копыта, как у лошади, он бы просто не смог выжить в своей естественной среде обитания.

Если в тексте речь идёт о журавле, то задача художника — изобразить именно журавля, а не аиста или цаплю.

Недопустимо упускать из внимания даже, казалось бы, незначительные мелочи. Нельзя рисовать «приблизительно». А то и знания у ребёнка, когда он вырастет, будут «приблизительными».

Рисунок, увиденный в книге, маленький читатель может запомнить на всю жизнь. Так пусть он запоминает достоверные образы, созданные с уважением, со вкусом и с надлежащими знаниями. В рисунках не должно быть слащавости, «сюсюкания», попытки имитировать детское рисование, чтобы якобы вести диалог с ребёнком на его «детском» языке. Дети — внимательные, вдумчивые читатели, для которых необходимо рисовать серьёзно, с отдачей. И это касается не только книг о природе, но всей детской литературы вообще.

- По вашему мнению, как родителю понять, что перед ним книга с качественными детскими иллюстрациями о животных? Можно ли вообще так ставить вопрос, или это  дело вкуса каждого отдельного читателя?

- Современный читатель, откровенно говоря, стал непривередливым. Книжный рынок перенасыщен самыми разнообразными и неожиданными предложениями, зачастую безвкусными. И на эту безвкусицу, к сожалению, тоже есть спрос.

Детская литература сегодня — это часть массовой культуры. Но художественной составляющей, подлинного искусства в этой культуре становится всё меньше и меньше, поскольку сократилось количество профессионалов в издательской сфере, а также среди писателей и художников. Искусство книги в художественных учебных заведениях, к сожалению, не изучают. И все знания — поверхностные, примерные.

И откуда тогда у читателей, потенциальных покупателей таких книг, возьмётся чувство вкуса? Оно либо сохраняется в семье и передаётся из поколения в поколение, либо развивается с опытом, с возрастом, с частотой посещения музеев, знакомством с классикой и качественной литературой, с желанием учиться, совершенствоваться и получать новые знания.

Художественная литература о природе сегодня зачастую преподносится в виде энциклопедий с фотографиями вместо иллюстраций, или же с рисунками, сделанными по фотографиям. Но зачем превращать произведения таких классиков, как Бианки, Сладков, Пришвин, Житков, Соколов-Микитов в энциклопедии и учебники по естествознанию? На мой взгляд, это — неуважение к памяти и наследию писателей.

Качественная книга о природе с достойными иллюстрациями сегодня — это, в основном, классика. В классических иллюстрациях есть образность, эстетика, гармоничные сочетания цветов, индивидуальность подхода художников к своему делу. При этом каждая иллюстрация — это самостоятельное, выразительное произведение искусства. И что важно — русского искусства, без заимствования традиций других стран. Одна из основных проблем современных художников книги — незнание, неуважение национальных традиций книжной графики, и в итоге — отсутствие уникальности, «похожесть» на любого другого художника любой страны мира.

Пока что никто из современных иллюстраторов не смог изобразить мир природы лучше, чем Валентин Курдов, Евгений Чарушин, Никита Чарушин, Май Митурич, Пётр Багин…

Книги разных авторов с иллюстрациями Евгении Чарушиной-Капустиной

- В вашей семье практически все рисовали и рисуют животных. А дома какие-нибудь животные водятся? 

- У нас сейчас живёт пёс Грэй — русский охотничий спаниель. Он уже стал героем моей авторской книги «Тайны сентября» и книги моей мамы, Натальи Чарушиной-Капустиной, — «Самый маленький ёжик».

- Сейчас проходит выставка «Евгений Иванович Чарушин. 120 лет со дня рождения» в Детской библиотеке истории и культуры Петербурга. На ней представлены оригиналы работ? Графика, эстампы, скульптура – всё это принадлежит собранию вашей семьи?

- На выставке представлены оригиналы: иллюстрации, выполненные в разных техниках, автолитографии, эскизы, живопись, наброски… Все произведения, фотоматериалы, личные вещи художника неизменно хранятся в нашем семейном архиве.

- Когда художник создает иллюстрации для детского отдела «Госиздата» или для журнала «Чиж», где Евгений Иванович работал, с кем, в конечном счете, остаются оригиналы?

Во времена, когда жил и работал Евгений Иванович, авторское право существовало в довольно-таки абстрактном виде. Всемирная конвенция об авторском праве была подписана в 1952 году, а СССР присоединился к ней только в 1973-м. До этого времени права авторов фактически не рассматривались. Но при этом оригиналы иллюстраций к книгам всё же возвращались художнику. А вот для журналов создавалось такое бесчисленное количество небольших рисунков, что, зачастую, никто даже не обращал внимания на то, вернулись они к автору или нет.

Произведения Евгения Ивановича Чарушина

- Как вы отбирали работы для выставки? Сформировать выставку в качестве куратора  это целое искусство!

- Действительно, подготовка экспозиции — это продолжительный, трудоёмкий процесс.

Поскольку выставка открывает цикл мероприятий к юбилейной дате, важно было сформировать экспозицию с учётом всех важных периодов жизни и творчества Евгения Ивановича — начиная с детских рисунков и первых иллюстраций, заканчивая широко известными, классическими произведениями. Кроме того, необходимо было затронуть период Великой Отечественной войны — годы эвакуации семьи в Киров, где Евгений Чарушин выполнил более 700 различных работ. Это были новые детские книги; серии литографий; тысячи квадратных метров росписей в детских садах, столовых и Доме пионеров; живопись на партизанскую тему; более сотни портретов военных; эскизы костюмов и декорации для постановок Кировского драматического театра; скульптурные композиции и многое-многое другое.

Отбором произведений для выставок мы всегда занимаемся всей семьёй — рассматриваем разные идеи будущей экспозиции, следим за тем, чтобы рисунки гармонично соседствовали друг с другом. Важно и оформление оригиналов произведений — это настоящая наука, где случайности недопустимы. Всей технической частью выставки — предпечатной подготовкой буклетов, афиш, обработкой изображений, оформлением работ в паспарту — занимается папа, Алексей Владимирович. Мама — Наталья Никитична — мастерски, профессионально компонует произведения в витринах.

Ни одна выставка, которую готовит наша семья, не похожа на предыдущую. Мы всегда стремимся показать уникальные произведения, восстановить архивные фотографии специально для новой экспозиции.

- Вы не первый раз проводите совместные мероприятия с Детской библиотекой истории и культуры Петербурга. И персональные выставки, и творческие встречи… Как вы нашли друг друга?

- Нашему сотрудничеству с библиотекой на Марата, 72 в этом году — 20 лет! Первый выставочный проект в Белом зале библиотеки состоялся в 2001 году — в связи с открытием помещений Дома Бажанова после масштабной реставрации и 100-летием со дня рождения Евгения Ивановича Чарушина. Изначально планировалась выставка в Русском музее, однако по ряду причин организовать её не удалось. И руководство Детской библиотеки истории и культуры Петербурга предложило провести выставку у них.

С тех самых пор наше сотрудничество не прекращается. Совместно мы организуем юбилейные, династические, отчётные выставки произведений; проводим творческие встречи, авторские экскурсии, а также мастер-классы — в том числе для молодых людей, объединённых центром развития «Анима».

На мой взгляд, все библиотеки нашего города должны стремиться к такой же активной культурно-просветительской деятельности! Это непросто, но, как говорится, было бы желание…

Выставка «Евгений Иванович Чарушин. 120 лет со дня рождения»

- Во времена пандемии сложно утверждать что-то определенно. И всё же — планируете  ли вы что-то проводить в память о прадеде именно осенью, ведь Евгений Иванович Чарушин родился 11 ноября (29 октября по старому стилю) 1901 года?

- В планах работа над несколькими книгами, а также выставочные проекты и творческие встречи. Всё пока что на стадии обсуждений. Кроме того, я постоянно на связи с детскими библиотеками Санкт-Петербурга, Ленинградской, Кировской и Омской областей; с художественными школами Новосибирска и Калининграда. В течение года состоятся различные акции, чтения и конкурсы, посвящённые 120-летию со дня рождения Евгения Ивановича. А непосредственно к 11 ноября, думаю, получится организовать встречу и презентации книг. Если всё это позволит сделать эпидемиологическая обстановка.

- Помимо вас, кто еще занимается сохранением памяти Чарушиных?

- Мы с родителями в равной степени занимаемся сохранением наследия Евгения Ивановича и Никиты Евгеньевича Чарушиных. Правообладателем является мама — Наталья Никитична Чарушина-Капустина. Издательские проекты и соблюдение авторского законодательства курирует папа — Алексей Владимирович Капустин.

- Вы сохраняете память о своих предках и для себя, и для общества. Создали ВКонтакте группу «Художники Чарушины», посвящённую их памяти, проводите персональные выставки. Думали ли вы учредить какое-то ежегодное мероприятие в их честь в нашем городе или в Вятке? Например, в Петербурге каждый год проводят «День Римского-Корсакова», фестиваль «День Д» памяти Сергея Довлатова. А может быть, такое событие уже проходит, но мы и наши читатели об этом пока не знаем?

- До пандемии я с заметным постоянством посещала библиотеки и арт-студии Петербурга и области. Творческие встречи, посвящённые династии Чарушиных, стали традиционными, проходили на разных площадках практически каждый месяц. И посетить их мог любой желающий.

Сейчас, разумеется, я не рискую выезжать на массовые мероприятия, поскольку пандемию никто не отменял, а свободного времени на лечение болезней и их последствий у меня нет.

Пришлось на время уйти в онлайн-формат.

11 ноября, непосредственно в день рождения Евгения Ивановича, уже запланирована творческая встреча в выставочном зале Детской библиотеки истории и культуры Петербурга. Мы хотим проводить такие мероприятия каждый год и постепенно превратить их в масштабный культурно-просветительский проект, в котором смогли бы участвовать читатели, сотрудники библиотек, искусствоведы, художники, писатели, независимые исследователи. И на таких встречах можно будет говорить не только о наследии Чарушиных, но и о других художниках, о произведениях классиков детской литературы и о проблемах сохранения традиций отечественного искусства книги.

Если бы в Кирове были заинтересованы в проведении какого-нибудь ежегодного фестиваля, посвящённого памяти Евгения Ивановича Чарушина, думаю, я бы уже знала об этом. Поскольку наша семья живёт и работает в Санкт-Петербурге, у нас есть возможность заниматься организацией мероприятий только здесь.

Обо всех запланированных событиях я всегда сообщаю в группе «Художники Чарушины». Там обязательно будут опубликованы новости о встрече 11 ноября и о дальнейшем развитии этого проекта.

- И, на прощание,   каковы ваши личные планы как художницы?

- На весну план неизменный: как только станет потеплее, начну выезжать на пленэр — писать этюды акварелью. А к лету окончательно переберусь в мастерскую на дачу. И, поскольку я недавно закончила работу над третьей авторской книгой, пора задумываться о следующей!

Авторские книги Евгении Чарушиной-Капустиной


Фотографии из личного архива Чарушиных

 


Ирина Иванова — редактор портала «Культура Петербурга», фотограф, участник групповых фотовыставок

Поделиться статьей:
Материал подготовлен редакцией портала «Культура Петербурга». Цитирование или копирование возможно только со ссылкой на первоисточник: spbcult.ru

Еще статьи: