«Широко было задумано — жалеть было некогда»
Репортажи и рецензии

10 марта 2023 года

«Широко было задумано — жалеть было некогда»

Зрителям расскажут новую версию жизни великого царя. Фото: Мария Ковалева.
Сквозь бурные волны плывет красавец-корабль. У штурвала мальчик — будущий царь Пётр Алексеевич. Им движет дерзкая юношеская мечта: «заглянуть за горизонт». Этот красивый романтический образ корабля (читай — страны), идущего на всех парусах в светлое будущее под руководством смелого и отчаянного капитана стал лейтмотивом нового спектакля театра Музыкальной комедии. Словно сказочный богатырь, Пётр Первый раздвигает границы стран и континентов, прорывается сквозь время и пространство, преодолевает все преграды. Образ легендарный, знакомый нам с детства по книгам и фильмам. Культурный миф, в котором правду не так просто отделить от вымысла.
Петр I в этом спектакле словно сказочный богатырь. Фото: Мария Ковалева.

Музыку к мюзиклу написал Фрэнк Уайлдхорн, мастеровитый и успешный композитор-самоучка, покоривший в свое время Бродвей. Для него Пётр — это не только великий правитель Руси, но, прежде всего, человек со своими чувствами и переживаниями. Одна из любимых тем Уайлдхорна — темная сторона личности, двойственность человеческой природы, вспомним хотя бы его знаменитый мюзикл «Джекил и Хайд» по рассказу Р.Л. Стивенсона. Здесь он черпает вдохновение и отыскивает источник драматизма. В истории с Петром Уайлдхорн вместе с либреттистом Константином Рубинским предприняли попытку драматизировать миф, дать свою версию «жития Петра», поселив драматический конфликт в душе героя.

В начале действия взрослый, с сединой на висках Пётр (Иван Ожогин, поразительно похожий на царя и лицом, и статью) дает наставления самому себе в юности — светлоликому мальчику (Александр Дьяконов-Дьяченков), только-только начинающему царствовать: «Ты против ветра начал путь, сомнения забудь, ты победишь».

Наталья Нарышкина, мать Петра - Мария Лагацкая-Зимина. Фото: Мария Ковалева.

Сомневающийся Пётр — главная неожиданность спектакля. Вопрос, который мучает царя, будет сформулирован ближе к финалу и касается моральной стороны петровских деяний. «Столько душ сгубил, а вдруг все зря?», — эта мысль настигает Петра в самый разгар «славных дел» и заставляет вернуться в прошлое. Мысль, которая не впервые возникает в связи с именем Петра и могла бы быть сформулирована более глобально по отношению к российской истории: насколько вообще оправдана петровская «идея прогресса с помощью насилия», как написал петербургский историк Евгений Анисимов, вылившаяся в невиданный по своим масштабам эксперимент над собственным народом?

В опубликованном в программке комментарии к спектаклю режиссер Юрий Александров говорит о «жанровом двуличии» этого материала. Авторы попытались соединить оперу и мюзикл, «житие» и драматические коллизии. При этом действие построено по клиповому принципу и состоит из 32 эпизодов: здесь нет сплошного музыкального развития, мы видим избранные картины из жизни Петра, в которых есть своя внутренняя логика. До конца преодолеть сопротивление жанра не удалось, где-то побеждает оперная условность, где-то — яркая эмоциональность музыки и сценические эффекты. Но сильнее всего оказывается творимый театром новый миф о великом государе, одержимом идеей «заглянуть за горизонт». То есть преодолеть непреодолимое, выйти за границы не только возможного, но и разумного — например, построить город там, где постоянные наводнения. Сумасшедший? Нет, романтик, воплотивший мечту в реальность.

Во имя своей идеи Пётр, как былинный богатырь, борется тут с целым сонмом политических заговорщиков. Главным оппонентом царя становится вымышленный персонаж Досифей (его партию пел на премьере Дмитрий Ермак), яростный противник петровских реформ, мракобес, прелюбодей и пакостник, переманивший на свою сторону и царевну Софью, и Евдокию с царевичем Алексеем. В образе Досифея собраны все реальные и мнимые противники исторического прогресса, ретрограды и консерваторы, лишенные творческой искры и романтического полета мысли. Досифеем владеет маниакальная идея «сохранить нашу Русь первозданной до Судного дня». Его главный аргумент — «тысячу лет не менялась Россия», а значит, стране не нужен такой царь, как Петр. Сопровождают Досифея люди в черных капюшонах, а сам он носит бороду метелкой, черную сутану и большой крест на груди — как и положено «раскольнику». В этом узнаваемом образе хрестоматийного оперного злодея воплощено все темное, мрачное, дремучее, что противостоит великим деяниям Петра.

Царевна Софья в трактовке театра — разбитная атаманша, бандитка, воительница с развевающимися волосами (на премьере эту роль убедительно и яростно играла Агата Вавилова). Она крутитвертит молодцами-стрельцами, горланя вместе со своим лихим войском: «От запаха крови острее кураж, зарежем, заколем — и трон будет наш». Кажется, еще чуть-чуть, и они запоют нечто совсем «из другой оперы», что-то вроде «Говорят, мы бяки-буки, как выносит нас земля?». Образ этот почти шаржированный, не имеющий, конечно, ничего общего с реальной Софьей, блестяще образованной по меркам того времени, знавшей несколько языков царской дочкой, имевшей довольно прогрессивные взгляды, в том числе в сторону Европы. Сомнительно и ее участие в подготовке бунта стрельцов. Скорее, желая власти, она воспользовалась случаем и обернула ситуацию в свою пользу.

Здесь же Пётр преодолевает сопротивление темных сил. Именно оппоненты, несогласные с его политикой, проклинают царя и обещают скорую гибель построенному им городу. «Мертвым и пустым будет город», — повторяют они на разные голоса, словно колдовское заклятие. Червь сомнения начинает точить Петра, вносит смятение в его разум, вызывает паранойю, обострившуюся от донесения об участии сына Алексея в заговоре против отца (один из эпизодов так и называется — «Паранойя»). Реальная история взаимоотношений Петра и Алексея была гораздо сложнее и трагичнее для царевича. Здесь все проще, схематичнее: вот великий царь, ведущий страну в светлое будущее, вот его предатель-сын, обиженный на отца за свое трудное детство и сосланную в монастырь мать. Кого выберете вы? Царевича безусловно жалко, но ведь отечество в опасности…

Сцена из мюзикла "Пётр I". Фото: Мария Ковалева.

Во втором действии спектакля нет той залихватски удалой иллюстративности, что управляла создателями в первой части, до начала строительства Петербурга, где все шло легче и с юмором. Как говорится, окно в Европу рубят — щепки летят. Все чаще, прорубая это самое окно, Петру приходится преодолевать сопротивление, применять силу, даже крайнюю жестокость во имя процветания своей страны. И прежде, чем царя настигнут сомнения в содеянном, он многое успевает сделать, следуя отведенной ему роли крепкого государственника, держащего страну железной рукой.

«Думали, сын для меня дороже Отечества?», — грозно и страшно вопрошает он в зал, мучимый горячечным бредом после того, как отдает приказ казнить царевича. А сын у него, надо сказать, убогий: худой и болезненный, почти подросток, с затянутыми в чулки тонкими ножками и тяжелой формой заикания на грани патологии — таким его играет Ярослав Баярунас. Реальный Пётр, как мы помним, с маниакальным упорством хотел избавиться от нелюбимого, не оправдывающего надежд и ожиданий сына. К тому же, Алексей представлял в будущем угрозу для его любимой второй жены Екатерины и их новорожденного сына Петра Петровича, которого Пётр и хотел видеть своим наследником. В спектакле других детей у Петра нет, а Алексей показан настолько жалким, безвольным (как он вообще смог пойти против такого отца?), что другого исхода для него и быть не могло. Какой из него капитан для такого корабля как Россия? И Пётр велит его казнить. Опять же, в государственных целях.

Спектакль очень зрелищный, с изобретательно поставленными массовыми сценами — как, например, впечатляющий эпизод Полтавской битвы с пушечными ядрами в виде лиц-масок. В сценическом оформлении используются 3D декорации на диодных панелях, создающие иллюзию реального места действия.

Эмоциональная, энергетически заряженная музыка Уайлдхорна не заглушает исполнителей — напротив, дает певцам мощнейший арсенал для самовыражения. На артистов ложится основная музыкальная нагрузка — и они достойно справляются с этим вызовом. Особенно хороши женские партии: и трепетная, нежная, заботливая Наталья, мать Петра (Мария Лагацкая-Зимина), и Евдокия Лопухина (Мария Плужникова), которая из забавной, смешливой девчонки превращается в монастырскую узницу, и Екатерина (Анастасия Вишневская), женщина со сложной судьбой, ставшая Петру верной спутницей и любимой женой.

Немощным и больным мы Петра не увидим. Он хоть и в лихорадочном бреду, вызванном многочисленными проклятиями своих врагов, но не сломлен, не слаб. Преследующие Петра кровавые видения убитых по его приказу развеиваются плывущим по волнам красавцем-кораблем, ведомым высоким, статным красавцем-императором. Нет, все-таки все не зря, убеждают нас авторы. Финал не оставляет сомнений, что Пётр выходит победителем из этой схватки. Павшие жертвами петровских реформ канули в лету, а дело его живет, корабль плывет! Этот Пётр мог бы повторить вслед за Петром Николая Симонова из фильма 1937 года: «За Отечество я живота своего не щадил, людей не щадил… Широко было задумано — жалеть было некогда!» И одно из самых славных его дел, словно говорит нам театр — это сбывшаяся мечта Петра, возведенный на болотах «город над вольной Невой», доставшийся нам на века как оправдание и высшая мера всех без исключения петровских деяний. Финал звучит торжественной одой Петербургу и его создателю. И с этим, действительно, трудно спорить.

Текст: Екатерина Рыбас, «Петербургский театрал». 2023. N 1 (41).


Материал подготовлен редакцией портала «Культура Петербурга». Цитирование или копирование возможно только со ссылкой на первоисточник: spbcult.ru

Другие статьи раздела

16.05

Михаил Зощенко: «Вообще писателем быть очень трудновато»

Книги
15.05

Как Булгаков менял названия своих произведений?

Кирилл Казачинский подготовил книжный обзор ко Дню рождения Михаила Булгакова.

Книги
23.04

Сладкое бремя славы

Кирилл Казачинский подготовил книжный обзор о супергероях.

06.05

Следствие ведут попугаиха и цыпленок

Книги

Когда настоящее растворяется в прошлом

Наш обозреватель Кирилл Казачинский подготовил новый книжный обзор.

Смотреть все