Петербургский режиссер Николай Макаров рассказал, как проходили съемки фильмов на Кавказе
Интервью

24 августа 2023 года

Петербургский режиссер Николай Макаров рассказал, как проходили съемки фильмов на Кавказе

Режиссер Николай Макаров на фоне горного села в Дагестане. Фото из личного архива собеседника.

Наша страна огромна и многогранна, в ней проживают представители более 150 национальностей, каждая из которых имеет свои обычаи, традиции и уникальный уклад жизни, свойственный только ей. В 2010/11 годах петербургский кинорежиссер, призер международных кинофестивалей Николай Макаров снял кинокартины в рамках масштабного мультимедийного проекта «Лица России», в которых запечатлел самобытное течение жизни представителей разных народностей Северного Кавказа. Было создано шесть короткометражных фильмов: «Нохчалла. Чеченский характер», «Табасаранские ковры», «Ингушский Монолит», «Лезгины. Сторожевые башни памяти», «Ногайцы. Как сплести нагайку?» и «Абазины. Ремесло и труд». Ко Дню российского кино, который ежегодно отмечается 27 августа, «Культура Петербурга» подготовила интервью с кинорежиссером. Николай рассказал порталу об особенностях своей работы на Северном Кавказе, а также об опыте соприкосновения с культурой разных народностей, проживающих там.

Режиссер Николай Макаров Николай Макаров / Из личного архива Макарова

– В начале 2010-х на Кавказе все еще было не самое спокойное время, почему Ваш выбор пал на этот регион?

– Мы, режиссеры-документалисты, работаем везде. Я выбрал Северный Кавказ, потому что раньше там никогда не был, но очень хотел побывать. Мы сняли тогда шесть документальных фильмов. Это были киноленты о Чеченской Республике и Ингушетии, два - о Дагестане и два - о Карачаево-Черкесии.

– Как проходила Ваша подготовительная работа и была ли она?

- Конечно, мы готовились заранее. Когда я начал искать информацию к первому фильму, а первый мы снимали в Ингушетии, выяснилось, что прямо тут, в Петербурге, в Кунсткамере, в отделе этнографии Кавказа работает доктор исторических наук Макка Албогачиева, которая родом из Ингушетии. Через нее мы познакомились с археологом Умалатом Гадиевым, он нам помогал и на своей машине возил по разным селам Ингушетии. Фактически он был, как сейчас говорят в кино, исполнительным продюсером. И если сразу говорить о кавказском гостеприимстве, то Умалат, Макка Албогачиева, ее семья взяли над нами шефство, помогали, сводили с людьми. Мы даже жили в их домах. И дружим до сих пор.

Следующая поездка была в Чеченскую Республику, при подготовке мы официально связывались с Министерством культуры республики, и нам была оказана всесторонняя помощь и поддержка. И не только информационная, но и практическая: транспортом, гостиницей, консультациям, помощью в нахождении героев фильма. А нас интересовали обычаи, народные песни, обряды свадеб, национальная кухня, история языка, мастера традиционных ремесел, старейшины, несущие память о прошлом, – все, из чего складывается культура народа.

Режиссер Николай Макаров с коллегой в Грозном, столице Чеченской Республики / Из личного архива Макарова

Как режиссер какие задачи Вы перед собой ставили прежде всего? Ведь уложить в 15-18 минут многовековую историю целого народа невозможно.

- Основная задача была в том, чтобы через портреты людей передать своеобразие, колорит и национальные традиции. При этом герои фильмов должны были сами рассказывать историю и желательно на своем национальном языке, потому что язык — это то, что формирует народ. И многовековые традиции, конечно, связаны с национальным языком. нас интересовали не политика, не экономика, а то, как люди живут, их культура. К каждому фильму мы готовили статистику, обязательно указывали численность тех или иных народов, этнический ареал, вероисповедание.

– Как проходили съемки, работа над фильмом

- Обязательно был подготовительный период. Мы еще до поездки в республику старались заранее погрузиться в историю и культуру ее народа, быт и интересы людей, которые сейчас там живут. Читали текущую прессу, ресурсы в интернете. Искали героев для съемки. Из Петербурга мы связывались с комитетом культуры республики, сотрудники нам многое подсказывали. Когда приезжали на место, нас, как правило, уже ждали. На Кавказе люди радушные, приветливые, всегда готовы помочь. А у нашего документального фильма не было жесткого сценария. Эпизоды, которые заранее не задумываешь, рождались в процессе съемок. Появлялись и новые герои - интереснейшие люди, живущие на своей малой Родине, беззаветно ее любящие. Такие личности всегда ценны и для авторов фильма, и для зрителей. Я работал в паре с оператором Кириллом Тихомировым, моим другом и настоящим профессионалом. Такая компактная группа, очень удобна, у нас было две камеры, и мы оба снимали. Ведь любое место Кавказа для кино и красиво, и уникально.

Мовлади Юсупов – мастер декоративно-прикладного искусства / Из личного архива Макарова

Сюжеты появлялись исключительно спонтанно или были продуманные заранее?

– Мы заранее изучали культуру, традиции и ставили перед собой задачу - снять определенных людей, но в процессе часто, бывало, так, что сами местные жители предлагали нам еще более интересные сюжеты, места и героев. Так, например, в Чеченской республике мы рассказали историю мастера декоративно-прикладного искусства из города Шали, потом нас повезли по селам. В одном из них мы записывали национальную песню, познакомились с основателем музея "Донди-Юрт" Адамом Сатуевым, который специально для нас собрал пожилых людей — живых свидетелей трагедии выселения чеченцев в Казахстан в 1944 году. То есть каждая встреча открывала еще больше новых возможностей, и так по цепочке проходило наше путешествие. Очень интересная была поездка в Цой-Педе, что переводится как «Город мертвых» — некрополь доисламского периода. Вообще, в Чечне можно снимать бесконечно, потому что везде разнообразие и величественная красота. Для каждого фильма мы снимали гораздо больше, чем может в него войти, но это делалось специально, чтобы была возможность отобрать самое важное. Ведь, как Вы правильно сказали, все в 15 минут не вложишь.
Режиссер Николай Макаров с директором музея-заповедника «Город мертвых» / Из личного архива Макарова

 – В Дагестане Вы сняли два фильма. В республике более 30 национальностей и у каждой - своя богатая история. Хочется узнать, как Вам удалось выбрать из такого многообразия?

– Видите, в Дагестане есть нации, так называемые, титульные, а есть нации, о которых мало знают, но у них тоже древняя интересная история. Рассказать обо всех в формате 15 минут невозможно, мы руководствовались желанием раскрыть именно малоизвестные факты. Например: все знают танец лезгинка, но как сами лезгины танцуют, и какая история у этого танца знают единицы, а мы повели речь именно об этом. Есть традиционная лезгинская керамика, наша группа нашла энтузиастов, которые возрождают традиции промысла и сделали о мастерах сюжет, который вошел в фильм. Также мы сняли в Дагестане фильм про табасаранские традиции ковроткачества. Оказывается, что у табасаранцев это основное традиционное ремесло и мы поехали к ним в поселок, где искусницы показали нам станки и сам процесс создания уникальных ковров. При этом огромные двухметровые станки нас поразили! Там один ковер делают по пять-шесть мастериц, и каждая ведет свою часть узора. Это полностью ручной труд. А сами ковры очень дорого ценятся. Самое интересное, что ремесло передается из поколения в поколение, а девочек обучают ему с детства.

Последние два фильма сняты в Карачаево-Черкесии. Расскажите, как проходили съемки.  

– Закончив съемки в Дагестане, мы поехали в Карачаево-Черкесию. О карачаевцах и черкесах снимал картины другой режиссер — мой друг. Я же работал над историями ногайцев и абазин, изучая их традиции и быт. Мы приехали в конце марта или даже в апреле. Были дожди, и снимать в основном приходилось в интерьерах. Местные нас успокоили, говорят: «Не волнуйтесь! Пасха через два дня, потом будет солнце, и доснимете Ваши пейзажи». Удивительно, но так оно и произошло. 

У абазин мы снимали ремесла: нам показали, как мастер из заготовок собирает традиционный абазинский барабан. А потом тут же играет на нем. В этой республике очень развито пчеловодство, там - целые семьи и поколения пчеловодов. Один из собеседников очень интересно рассказывал о своих подопечных. "Пчела трудится, и человек должен все время трудиться", - сказал он. Это его философия, философия целого народа. Поэтому фильм мы назвали "Абазины. Ремесло и труд". Во втором фильме о ногайцах лейтмотивом проходит человек, Рамазан Джемакулов, который плетет нагайку. Он сплел ее буквально из ничего - специально для фильма, то есть у него, конечно, была заготовка в виде полосок из шкуры быка, но саму работу он произвел на наших глазах, и это было зрелищно. Рамазан рассказал: какие смыслы заложены в каждом витке. И почему каждая нагайка - индивидуальна. Это же талисман ногайца и символ всего народа! А с каким интересом мы слушали, то, как мастер спел прекрасную народную песню.

В фильмах Вы акцентируете внимание, в том числе, и на национальной кухне. Понравились ли Вам самому местные блюда?

– Конечно, без национальной кухни невозможно в полной мере передать характер народа. В каждом фильме мы старались не столько рассказать, сколько показать, как местные жители готовят свои блюда. Также мне очень хотелось снять традиционные свадьбы — это всегда зрелищно, в этот день накрывают богатые столы со всевозможными национальными угощениями. К счастью, нам удалось побывать на таком празднике. В Дагестане, в области народности табасаран, в семье, в которой мы жили, очень любили готовить хлеб в тандыре — традиционной глиняной печи в земле. Это вошло в фильм «Табасаранские ковры». А когда делали фильм про ногайцев, показывали, как делают традиционный напиток — «ногай-чай» — он варится из плиток чая с добавлением молока, масла и трав. Можно сказать, что это энергетический напиток, который в древности брали с собой вместе лепешками в военные походы или путешествия. Местные говорили: «Ногай-чай без лепешки — это не ногай-чай». Напиток очень необычный, насыщенный и вкусный. Когда ты приезжаешь на Кавказ, тебя встречают, тебе помогают, ты — гость, с этим я столкнулся впервые и по началу очень удивлялся. Конечно, без такого участия, без кавказского гостеприимства, фильмы вышли бы хуже.

Дагестан. Съемки табасаранской свадьбы / Из личного архива Макарова

Расскажите какое из блюд Вам особенно понравилось?

– В Чечне мы снимали, как хозяйка дома показывала и рассказывала на родном языке, как готовится национальное блюдо «жижиг-галнаш» — вкуснейшее мясо с галушками. Его готовили специально к празднику, кажется, ко дню рождения. Мы засняли весь процесс приготовления, а также его подачи. Кушанье выносили с чесночным соусом и наваристым мясным бульоном. Конечно, без баранины не обходится ни один праздничный стол, и все это мы старались показать. Да и галушки мне запомнились - очень вкусные. А в Ингушетии мы снимали, как готовят традиционные лепешки чапильги - они просто объедение.

Вы познакомились с культурой разных народов. Какие их характерные черты Вы считаете наиболее яркими?

- В ходе работы, мы открывали для себя новые, неизвестные ранее факты. У каждого из народов - своя история. У чеченцев и ингушей есть общие черты, существуют традиционные башни, традиционная тейповая культура, при этом у каждого рода - свои особенности, свои традиции. Ощущается атмосфера слаженности жизни вокруг религии. Обязательное почтительное отношение к старикам, в селениях работает медресе (религиозное учебное заведение - прим. ред.), где изучают арабский язык. Особенно это заметно в Чечне. В Дагестане все не так традиционно и строго в религиозном плане. Наверное, потому что там котел разных народностей. Общий связующий язык, язык общения в Дагестане — русский, но у каждого народа есть, конечно, свой.

Режиссер Николай Макаров с коллегами на съемках в Ингушетии / Из личного архива Макарова

За время пребывания на Кавказе, Вы познакомились с большим количеством самых разных людей и, наверняка, стали свидетелем множества человеческих историй. Какая из них вас тронула больше всего?

– Мы вели съемки в Дагестане, и местный житель, который нас сопровождал, рассказал нам о лезгинском селе, в котором живет только один человек. Конечно, мы не могли пройти мимо такого. Нас повезли, оказалось, это полуразрушенное горное селение, где в хиленьком домике живет бабушка. Она прожила там всю свою жизнь. Рядом находится древнее кладбище, где похоронены все ее предки. Несмотря на преклонный возраст, женщина сама занималась хозяйством и ухаживала за могилами. Она отказывалась покидать свое село, хотя дети и другие родственники постоянно ее звали. Это было очень трогательно.

Осталось ли у Вас на память об этих путешествиях сувениры?

– Конечно! Тот кинжал, который мастер сделал в фильме «Нохчалла. Чеченский характер», он мне подарил. И я привез подарок домой - в Петербург. На клинке имеется индивидуальное клеймо мастера, и я храню презент до сих пор. Также есть нагайка, созданная в процессе фильма о ногайцах. Она немножко не доделана, но все же дорога как память.

Съемочная группа в Чеченской Республике / Из личного архива Макарова

В настоящее время Вы преподаете кинорежиссуру в ведущих ВУЗах Северной столицы. Остается ли у Вас время на личные проекты?

– Конечно, нагрузка большая, но есть один проект, который я собираюсь осуществить — документальный фильм о Викторе Бутурлине. Это ленфильмовец, известный кинорежиссер,  который снял несколько знаковых художественных картин, а также был педагогом, театральным режиссером и постановщиком мюзиклов. К сожалению, в прошлом году мастер неожиданно умер. Моя большая мечта сделать фильм и рассказать об этом удивительном человеке. Сценарий написан, проект разработан. Планируется создать средне метражный фильм. Сейчас  ведутся переговоры с продюсерами, ищем финансирование.

Вы упомянули о среднеметражке. А больше работаете с короткометражками?

– В основном документальное кино — это короткометражные картины. Таких у меня большое количество. Я работаю в разных направлениях и жанрах, есть образовательные фильмы, фильмы-путешествия, острые публицистические картины, даже авторские-экспериментальные. Например, я снимал цикл из шести фильмов к юбилею императора Николая II, фильм-портрет о покойном поэте Евгении Евтушенко, о проблемах Будущего и зависимости человека от техномира… Всего мною снято более 50 документальных работ. Было среди них также два полнометражных: «Я глухой» - о людях с ограниченными возможностями и «Людмила Станукинас», его героиней стала известный ленинградский кинорежиссер-документалист Людмила Станукинас, супруга не менее известного режиссера-документалиста Павла Когана. Съемки над последним фильмом шли четыре года.

Планируете ли Вы еще поехать на Кавказ?

– Сейчас это сложно с финансовой точки зрения. Если будет интересный проект, то я обеими руками «за». Мы с оператором периодически вспоминаем, как там было красиво. Когда приехали в Чечню, на третий день нас повезли в горное село. Туда 30 минут езды на машине, а мы ехали четыре часа, потому что через каждые пять минут оператор кричал и требовал остановить авто, чтобы снять кадр. А камеры - все в кофрах, штативы - в чехлах. Мы все открываем, собираем, идем снимать, а через двадцать метров новый пейзаж открывается, и его тоже хочется снять. Вот такая история.

ЧР..JPG


Посмотреть фильмы онлайн:

Для портала «Культура Петербурга» беседовала Тамила Зухраева.




Материал подготовлен редакцией портала «Культура Петербурга». Цитирование или копирование возможно только со ссылкой на первоисточник: spbcult.ru

Другие статьи раздела

13.04

Татьяна Рябоконь: «Что тут итожить – я хочу продолжать»

Интервью
09.04

Екатерина Темнова: «Мой главный талисман удачи — игрушечная кошка по имени «Мурка»»

диктант
Интервью
03.04

Юлия Грызлова - про Тотальный диктант, любовь к русскому языку и показатель грамотности петербуржцев

Кино
07.04

Денис Чернов: «Мы создали целую вселенную домовых»

Накануне Дня российской анимации мы поговорили с Денисом Черновым — создателем мультфильма «Финник», который вторую неделю бьет рекорды в российском прокате. Режиссер рассказал, кем вдохновлялся при создании персонажей, кто причесывает домовых и причём здесь группа «Король и шут»

День российской анимации
Кино
07.04

Песочная анимация: интервью с Дарьей Котюх

Песочная анимация — это редкая технология создания мультипликационных сюжетов на световом столе из песка, соли, молотого кофе, сахара и других сыпучих материалов. Дарья Котюх — одна из немногих художниц Санкт-Петербурга, которая создает целые истории из горсти песка. Мы поговорили с ней об этом необычном виде искусства.

Смотреть все