Опубликовано: 15 февраля 2026 года
14 февраля на малой сцене БДТ имени Г.А. Товстоногова прошла премьера монооперы «Человеческий голос», поставленной по мотивам одноимённой пьесы Жана Кокто. «Культура Петербурга» рассказывает о новой работе именитого театра.
Самая большая трагедия в жизни человека – потеря другого человека. Сегодня, когда современные технологии в реальной жизни всё сильнее отдаляют нас друг от друга, история об утрате возлюбленного ощущается особенно остро.
Пьеса La Voix humaine была написана французским писателем и режиссером Жаном Кокто в 1928 году. Сюжет, где одинокий голос героини пронзает тишину пустой комнаты и откровенно рассказывает о личной драме расставания, впервые прозвучал на сцене Комеди Франсез. Позже этот монолог несчастной в любви женщины нашёл новое дыхание в опере и кино – опера Франсиса Пуленка, фильмы Роберто Росселлини и Педро Альмодовара.
Пространство малой сцены делает разговор со зрителем откровенным и интимным. Режиссёр Елизавета Мороз и художник-постановщик Сергей Илларионов переносят нас, вопреки ожиданиям, не в маленькую французскую квартирку, а в целый постапокалиптический мир. И главными проводниками в этом мире становятся отрывки воспоминаний и чувств главной героини. В камерном пространстве нас окружают пирамиды мусора, старых вещей и игрушек – всё, что осталось от прошлой жизни. Внимание сразу же привлекает большой синий ящик, скрывающий своё содержимое за множеством замков – ящик Пандоры.
«С Сергеем Илларионовым мы работаем не первый раз, поэтому у нас уже есть некий ритуал по созданию визуальных концепций. Мы искали пространство, где нет надежды. Важно, что декорация должна работать на нескольких уровнях: это и пост-взрыв, и помойка, и голова главной героини. Каждый решает сам за себя. Мне нравится, что наше мусорное поле получилось очень подробным. Можно сидеть, разглядывать все предметы и гадать, кому они принадлежали», -
поделилась Елизавета Мороз.
В этом мире дышать без кислородных баллона и маски очень опасно, но главная героиня всё время забывает об этом. Мучаясь от кашля и тяжелых хрипов, она пытается сделать невозможное – поговорить с оставившим её любимым. Сначала может показаться, что надежда услышать ответ ещё есть. Но чем больше женщина пытается, тем очевиднее для зрителя становится провал этой затеи. На сцене, помимо главной героини, появляется ещё один важный участник событий – её Подсознание. Оно ловко дублирует реплики, иногда даже отвечает своей хозяйке, но на другом, музыкальном, языке. Средствами для этого служат появившееся из груды мусора фортепиано и редко звучащий голос самого актёра.
Музыкальность спектакля усиливает восприятие. Сами авторы определили жанр постановки как монооперу для драматической актрисы и фортепиано. Действительно, с помощью каждого шороха, крика, вздоха, реплик актеров, пауз и звука фортепиано создается единое музыкально-драматическое произведение.
«Нас с режиссёром Лизой Мороз вдохновила сама пьеса – хотелось по-новому взглянуть на этот материал и изобрести особенный музыкальный язык, чтобы, в том числе, выйти за границы существовавших интерпретаций. Работали над ней очень подробно, суммируя идеи. Сначала была написана полная партитура, но несколько элементов добавились позже, для усиления перформативности. Сложился определенный ансамбль, где голос, подача, темп актрисы даёт музыке ритм, а где-то героиня существует в рамках музыкального текста. Также очень важна работа выпускающего звукорежиссёра Евгения Маркова, он помог усилить и адаптировать звуковые решения для малой сцены БДТ», -
сказал композитор Кирилл Архипов о процессе создания монооперы.
Как удалось воплотить партитуру в жизнь, и с какими вызовами справлялись актёры, сообщила Елизавета Мороз:
|
«Мы начали с того, что вместе с Кириллом (Архиповым) записали демоверсию всего спектакля, чтобы использовать ей как опорный вариант. Получился радиоспектакль. У Полины Маликовой (Она) в этом спектакле миллион задач! Важно пройти путь героини с полной отдачей и при этом остаться внутри партитуры. Мы подробно разбирали материал с Полиной и Володей Розановым (Подсознание). Искали голос для реализации этого материала. Когда перешли к мизансценам, началось самое сложное – выучить всё наизусть. Пока этот поток сознания не будет присвоен актёром, движения в спектакле нет. Когда проходишь этот этап, начинается творчество». |
Исполнительница главной роли актриса Полина Маликова блестяще справляется со своими задачами. Её речь воспринимается как полноценный ритмично-музыкальный поток. Героине невозможно не сопереживать: она - маленький раненый зверь, загнанный в угол. Попытки преодолеть все преграды и отпереть замки синего ящика, чтобы услышать возлюбленного, вызывают желание прекратить эти страдания немедленно. Владимиру Розанову удается не отвлекать внимание зрителя от главной рассказчицы, но быть при этом неотъемлемой частью спектакля. Именно он в роли Подсознания и даёт некий ключ для понимания реальности происходящего.
В поворотный момент спектакля ящик открывается, и приходится принять неизбежное: всё, что осталось от возлюбленного – холодный памятник. Это лишь его образ, воспоминание, но никак не он сам. С ним можно говорить, его можно обнимать, но он никогда не ответит. А самое страшное, что именно этот персонаж выделяет тот самый токсичный яд, отравляя разум героини. Любимый разрушает её мир и её личность. Попытка избавиться от «опасного объекта» ни к чему не приводит. Глубокие душевные раны уже не заживут, а разум не восстановится.
В финале зрителю остается выбирать, где провести черту между реальностью и разрушенным внутреннем миром всё ещё любящей женщины.
Автор текста: Юлия Богатырёва.
Материал подготовлен редакцией портала «Культура Петербурга». Цитирование или копирование возможно только со ссылкой на первоисточник: www.spbcult.ru
Ваш комментарий
Авторизуйтесь, чтобы оставлять комментарии
Авторизоваться