Опубликовано: 02 мая 2026 года
Тема этого года — «Семейная реликвия». Мы предложили всем желающим прислать истории и фотографии вещей, которые хранят память о фронте, блокаде, тыле, детстве военных лет. Редакция уже получила много писем, и мы продолжаем публикацию рассказов.
Рассказывает внук Александр Шляпин
Не помню я своего деда. Напрягаю память, а вспомнить никак не могу. На моей детской фотографии он крепко держит меня, прижав к груди, словно боится уронить. На фото мне всего чуть больше года. Я маленький и лысенький, и, как все дети такого возраста, чудной и милый. Я сижу у него на коленях, а он прижимается ко мне морщинистой щекой, поросшей седой недельной щетиной. На его глазах блестят слезы настоящего человеческого счастья.
Мне уже пятьдесят пять. Я уже пережил деда ровно на четыре года. Он умер через год, как была сделана эта фотография. Умер, когда ему было всего пятьдесят один год. Он умер через шестнадцать лет после войны. Все эти годы осколок немецкой мины предательски скрывался внутри его тела, с каждым днем капля за каплей забирая его здоровье и силу.
Мой дед не был генералом. Он даже не был и офицером. Он был простым красноармейцем. Не было у него наград, как у тех, кто служил на передке и дошел до самого Берлина, кто в кровавой драке дожил до святого дня Победы. Дед не воевал на передовой лицом к лицу с врагом. Он не врывался во вражеские траншеи и ДОТы с ножом, штыком и гранатой. Он не косил врага из пулемета и не давил его беспощадно гусеницами танка. Он был простой военный шофер, и без его героического труда стоял бы весь фронт без бомб и снарядов. Он был водителем 160 отдельного автомобильного батальона 60 района боевого базирования первой воздушной армии.
За полгода до начала войны и по июнь 1945 года крутил дед баранку фронтовой полуторки, на которой он доставлял на «передок» снаряды, бомбы, продукты, медикаменты. А назад – назад он вывозил раненых бойцов. Ни разу ему не пришлось стрелять во врага. За всю войну дед не убил ни одного фрица. Ни одного...
В снег, в дождь и в стужу, под бомбежкой и обстрелом «Мессеров» и «Юнкерсов» наматывал он на колеса грязь и километры фронтовых дорог. Пять лет крутил он руль фронтовой «полуторки», приближая нашу родину к 9 мая 1945 года. День и ночь колесил по дорогам войны, с каждым днем подбираясь все ближе и ближе к логову врага – к Берлину. Хотел он закончить победителем эту проклятую войну у стен Рейхстага. Наверное, хотел, но судьба солдата сложилась по-своему.
Из истории ВОВ я знаю, когда и в каком году это было: бои шли за Кенигсберг. Рядом с машиной разорвалась немецкая мина, сея железную смерть в округе. Не знаю, что в ту минуту испытал мой дед... Это был страх? Боль?
Сейчас я стараюсь представить ту боль, но не могу... Не могу... Мне нестерпимо больно... Больно только от одной мысли, что это конец... Я не знаю, что почувствовал мой дед тогда, когда острые, словно бритва, куски фашистской стали, пробив дверь полуторки, солдатский ватник, оказались у него в животе.
Что он тогда думал? Дома оставались жена и двое маленьких сыновей, которые ждали его с войны живого и с долгожданной победой. Ему было всего тридцать три года. Это возраст Христа.
Сейчас, когда я пишу эти строчки, я даже представляю, как теплая кровь, пульсируя, стекает под солдатским бельем вниз по ноге, наполняя солдатский сапог. Я даже слышу, как кто-то из бойцов, оказавшихся в тот миг рядом, кричит:
- Санитар! Мужики, срочно санитара! Шофер! Данила ранен...
Бойцы подхватывают на руки тощее, измотанное фронтовыми дорогами тело моего деда. Из последних сил он открывает глаза и протягивает бойцу письмо.
- Ваня, письмо... Передай: шепчет он окровавленными губами. - Пусть Полина, Володя, Шурик... Дед, теряя сознание, проваливается в черную бездонную яму. Аккуратно сложенный треугольник почти падает в дорожную грязь, но...
Успел. Успел боец подхватить самое дорогое, самое драгоценное, что было у рядового солдата, это письмо. Нельзя, нельзя, чтобы Полина, чтобы Володька и Шурик переживали за отца. Нельзя, чтобы думали, что он погиб. Им было важно знать, что их отец жив. Важно знать, что он бьет ненавистного врага, не жалея своей жизни.
Ему повезло. Полевой хирург, заштопав рану, небрежно бросил кусок окровавленного железа в таз, а когда дед пришел в себя, он, положив руку ему на лоб, сказал:
- Держись, браток! Ты будешь жить…
Не знал тогда доктор, что в суматохе фронтовых буден где-то там, в стенке желудка, словно вор, словно коварный злодей, притаился маленький, с булавочную головку, кусок фашистского железа. Не заметил... Не почувствовали уставшие руки военно-полевого хирурга этот жалкий осколочек. Зашил, полагаясь на волю к жизни и здоровье русского солдата.
И дед выжил. Выжил вопреки всему! Выжил и уже через пару месяцев снова сел за баранку фронтовой полуторки. И вновь помчала она его по дорогам войны навстречу нашей святой победе. И прошла бы не замеченной и скромной его солдатская доля до самого конца войны. Не было у него наград кроме знаков: «Гвардия» и «Отличный шофер». Так и вернулся бы дед с фронта к своей Полине с пустой гимнастеркой и без орденов и медалей. Но солдатская судьба все же подарила ему шанс стать героем.
Была весна 1945 года. Впереди был штурм Берлина. Разрезая жирную весеннюю глину разбитой танками дороги, дед ехал на передовую. Кузов машины под завязку забит ящиками с боеприпасами.
И увязла «старушка». Как раз в десятке километрах от линии фронта увязла. Не стал дед ждать ни тягач, ни танк. Решил вытащить сам. Домкрат, доски, ветки, скинутый ватник и ремень. В руках лопата - ведь он Данила Шляпин, он фронтовой шофер, который не просто боец Красной армии, он - Бог фронтовых дорог! Он надежда бойцов, он спасение раненых. За работой и суетой не заметил, как они подошли сзади. Это были немцы. Дуло немецкого автомата уперлось в живот. Туда, где всего лишь пару месяцев назад он принял кусок раскаленного металла. Холодок пробежал по спине. Дед почувствовал, как огромная капля ледяного пота, скользнув между лопаток по позвоночнику, прокатилась под пояс солдатских кальсон. Лопата выскользнула из рук, и дед, подняв к небу глаза, подумал только об одном:
- Вот и все... Прощайте, Полина, Шурик и Вовка.
Но случилось чудо. И опять не судьба была ему умереть в самом конце войны. Не судьба...
Немецкий офицер, заикаясь от страха, достал листовку и протянул деду. Он, подняв руки вверх, сказал:
- Кamrad, Hitler kaputt! Krieg ein Ende. И отдал фриц автомат деду. - Аlles Krieg…
А следом за офицером семнадцать фрицев, сложив оружие в кузов полуторки, принялись толкать ее из грязи. Все километры до самой первой комендатуры они толкали машину. Была весна 1945 года. Фрицы уже не хотели воевать, они хотели жить! Хотели вернуться к своим семьям, к своим любимым фрау и мутер. Проклиная Гитлера, целым взводом они сдались простому рядовому солдату. Не генералу, не майору, а простому первому попавшемуся рядовому военному шоферу.
И получил тогда дед свою первую медаль. Не простую медаль. Медаль «ЗА БОЕВЫЕ ЗАСЛУГИ». Получил...
А после того, как пал Берлин, и война закончилась победой, дед был демобилизован. И вернулся летом сорок пятого в родное село, в котором побывал немец. И обнял он свою жену Полину. Обнял сыновей Вовку и Сашку. Вернулся дед, чтобы поднять детей, возродить из руин родной колхоз и посадить огромный яблоневый сад, о котором он мечтал все эти годы на той проклятой войне.
Шестнадцать лет осколок, словно червь, точил его здоровье. Шестнадцать лет боль не покидала его, словно мстила ему… За что мстила? За то, что дошел до Германии? За то, что он ни одного раза не выстрелил во врага?
Умер дед, когда было ему всего пятьдесят один год. Ему было всего пятьдесят один год. Болезнь забрала у него все здоровье. Почти перед самой смертью дед сильно постарел. Испещренное морщинами лицо древнего старика стало ему наградой за эти страшные и тяжелые годы испытаний на суровых дорогах войны.
Рак желудка на месте ранения забрал его туда, где ждали его фронтовые друзья.
Но осталась от деда память. Осталась лишь пожелтевшие фотографии тех лет. Дед молодой, в пилотке, гимнастерке, на которой висела всего лишь одна медаль. Медаль – «ЗА БОЕВЫЕ ЗАСЛУГИ».
К письму также приложите согласие на публикацию. Его можно скачать ниже.
Согласие на публикацию.doc
Создадим летопись военных лет вместе!
Ваш комментарий
Авторизуйтесь, чтобы оставлять комментарии
Авторизоваться